# Ракхим Поэт
#
#title:Последний праздник Тимур-хана
#author:Ракхим Поэт
#types:rhun
#reward
#Переведено Kurunir
Во дворце Каракуна, королевском доме Тимур-хана, великого правителя людей Рудэля, три самых могущественных военачальника царства - Ерболат, Серик и Аслан - пьют вино в пришетвеном зале, ожидая последнего завещания своего умирающего господина:

«Откуда это вино? По всей видимости, не из Рудэля. Может быть, из Дорвиниона?» - спрашивает Ерболат Ноян, правитель Арискала.

«Да, это вкусное вино из Дорвиниона», - отвечает Серик Ноян, правитель Бейбека.

«Эльфийская моча, вот что это!», - восклицает Аслан Ноян, правитель Мунбата.

Тимур-хан, правитель без наследника, появлятся в своем величественном праздничном зале на верхнем этаже, что дает ему широкий обзор всех гостей, присутствующих на его дворе. Тимур, старый и дряхлый, его лицо смертельно бледное, он сидит на кресле с колесами, которое толкают два его золотых стража. Тем не менее он остается гордым: поэтому, отказавшись от помощи, он с усилием встает с кресла и прижимается к ограждению балкона; позволяя своему яркому кафтану, украшенному сверкающим золотом, упасть на его ноги.

Музыка останавливается, и рабы, которые разносят еду и напитки, покидают зал. На нижнем этаже благородные военачальники хана смотрят на своего господина, который обращается к ним так:

«Мои добрые и преданные вассалы, я искренне рад, что вы все сегодня здесь», - говорит Тимур-хан. «Надеюсь, вино и еда вам по вкусу».

«Вино настолько ароматное, что оно могло быть сделано только умелыми руками ваших личных виноделов, ваше величество - говорит Ерболат Ноян, правитель Арискала».

«О, Ерболат Мудрый! Мне очень приятно, что вы здесь, в моем дворце. Теперь, пожалуйста, скажите мне, Мудрый Ерболат: деревни, которое я лично вам предоставил, - они приносит удовлетворительную прибыль? Действительно ли они вносят вклад в сокровищницу Арискала?» - говорит ему Тимур-хан.

Ерболат Ноян говорит «да» и, чувствуя себя недостойным щедрости хана, со стыдом опускает голову.

«Мои губы никогда не касались такого прекрасного вина вашего величества» - говорит Серик Ноян, правитель Бейбека.

«Уверен, что они касались его раньше, смиренный Серик из Бейбека! Разумеется, пятьсот рабов, которые я вам даровал в знак вашего брака с принцессой Анарой, дают достаточно прибыли, чтобы купить лучшие вина, которые может предложить вам этот мир?» - говорит ему Тимур Хан.

Серик Ноян кивает головой и, чувствуя себя недостойным щедрости хана, с позором опускает голову.

«Такое чудесное вино! Мое горло никогда не пробовало ничего лучшего, ваше величество, - говорит Аслан Ноян, правитель Мунбата.

«Мой дорогой Аслан, вы всегда настоящий оплот честности! Ваше присутствие здесь как луч света, который греет наши души. Пожалуйста, удовлетворите любопытство старика. Вам понравились широкие степные земли Мунбата, которые я вам даровал в прошлом году? Являются ли люди Манбата трудолюбивыми? Они платят вам налоги в конце каждого месяца?» - говорит ему Тимур Хан.

Аслан Ноян говорит «да» и, чувствуя себя недостойным щедрости хана, смущенно свою голову.

И тут, Тимур-хан что-то шепчет своим стражам и дает странный приказ. Его быстро поднимают и помещают на балюстраду балкона, где он встает, твердо держась обеими руками за его стражей. Никто не смеет ничего говорить на нижнем этаже; вассалы лишь наблюдают за Тимуром в страхе и беспокойстве.

Медленно, Ерболат Ноян кладет руку на рукоять его ятагана, созданного мастером-кузнецом из Харада; Серик Ноян достает позолоченый кинжал, скрытый под его кафтаном; Аслан Ноян дает знак капитану своей гвардии, знаменитому воину-чемпиону. Между тем, присутствующие другие знатные люди, все из них великие лорды и могучие властители - но все же не такие влиятельные люди, как Ерболат, Серик и Аслан - нервно достают свое оружие.

«Мои вассалы, мои господа, мои друзья, которыми я честно правил много долгих лет. Услышьте меня сейчас, потому что ни один живой человек в этом дворце не имеет справедливых оснований жаловаться на мое правление, - правозглашает Тимур-хан. «Единственное, что я вижу сейчас перед собой, - стаю голодных собак, ожидающих смерти своего хозяина, готовых драться в грязи за наименьший кусочек его грязных костей! По правде говоря, я должен приказать казнить всех вас и осквернить мой дворец вашей  грязной кровью! Но нет; вы все сидите здесь, нетерпеливо ожидая моей смерти, что ж, я дарую ее вам! Получите же то, за чем пришли!

Тимур-хан отпускает руки и падает с балкона...

Под балконом все это время стояла большая куча винных бочек - по крайней мере, так казалось его вассалам, - хотя это были совсем не винные бочки. Как только Тимур-хан падает в кучу этих бочек они тут же разламываются под ударом его огромного веса. Но из сосудов не вытекает сладкого вина. То, что вытекло из бочек, было морем извивающегося синего пламени, волшебного и ужасного, и в мгновение ока пламя сначала проглатывает жалких вассалов - а затем весь величественный праздничный зал и начинает стремительно распространяется по бесчисленным коридорам и комнатам, пока, наконец, весь дворец не пылает в огне.

Народ Каракуна разбужен ужасным звуком, похожим на удар грома о землю. Глядя на улицу, их всех охватывает ужас; ибо там, где когда-то возвышался Золотой дворец, могучий и великолепный, дом их великого царя, теперь бушует ревущий ад дьявольского синего огня, пожирающего дерево и камень с неутолимым голодом.

Когда солнце поднимется на востоке, Золотого дворца уже не будет. Лишь черная гора пепла будет свидетельствовать о последнем празднике Тимур-хана.